Неточные совпадения
Федор Федорович Леницын, начальник того
отделения,
в котором он числился, человек наиприятнейшей наружности, вдруг ему не понравился.
Что же до меня касается, то я твердо уверен, что этот человек несомненно исчезнет опять
в долговом
отделении.
Когда на другое утро, ровно
в одиннадцать часов, Раскольников вошел
в дом — й части,
в отделение пристава следственных дел, и попросил доложить о себе Порфирию Петровичу, то он даже удивился тому, как долго не принимали его: прошло по крайней мере десять минут, пока его позвали.
— А журнал, это есть, братец ты мой, такие картинки, крашеные, и идут они сюда к здешним портным каждую субботу, по почте, из-за границы, с тем то есть, как кому одеваться, как мужскому, равномерно и женскому полу. Рисунок, значит. Мужской пол все больше
в бекешах пишется, а уж по женскому
отделению такие, брат, суфлеры, что отдай ты мне все, да и мало!
— Гм! Начальник
отделения — вот как! — сказал Обломов. — Поздравляю! Каков? А вместе канцелярскими чиновниками служили. Я думаю, на будущий год
в статские махнешь.
В главе 2, о образе правления,
в отделении 35: «Печатание да будет свободно для всех, кто хощет исследовать положения законодательного собрания или другой отрасли правления».
Но опровержение Лутером власти папской,
отделение разных исповеданий от римския церкви, прения различных властей
в продолжение Тридесятилетней войны произвели много книг, которые явилися
в свет без обыкновенного клейма ценсуры.
В проекте о образе правления
в Пенсильванском государстве, напечатанном, дабы жители оного могли сообщать свои примечания,
в 1776 году
в июле,
отделение 35: «Свобода печатания отверста да будет всем, желающим исследовать законодательное правительство, и общее собрание да не коснется оныя никаким положением.
— А не будет у вас родильного
отделения? — спросила Долли. — Это так нужно
в деревне. Я часто…
Проходя
в первый раз мимо
отделения Вронского, он заметил, что окно было задернуто. Но проходя
в другой раз, он увидал у окна старую графиню. Она подозвала к себе Кознышева.
Выйдя на платформу, Вронский молча, пропустив мать, скрылся
в отделении вагона.
— Графиня Вронская
в этом
отделении, — сказал молодцоватый кондуктор, подходя к Вронскому.
Вронский пошел за кондуктором
в вагон и при входе
в отделение остановился, чтобы дать дорогу выходившей даме.
— Да, я слышал, — сказал Сергей Иванович, останавливаясь у ее окна и заглядывая
в него. Какая прекрасная черта с его стороны! — прибавил он, заметив, что Вронского
в отделении не было.
— До свиданья, Иван Петрович. Да посмотрите, не тут ли брат, и пошлите его ко мне, — сказала дама у самой двери и снова вошла
в отделение.
Как ни сильно желала Анна свиданья с сыном, как ни давно думала о том и готовилась к тому, она никак не ожидала, чтоб это свидание так сильно подействовало на нее. Вернувшись
в свое одинокое
отделение в гостинице, она долго не могла понять, зачем она здесь. «Да, всё это кончено, и я опять одна», сказала она себе и, не снимая шляпы, села на стоявшее у камина кресло. Уставившись неподвижными глазами на бронзовые часы, стоявшие на столе между окон, она стала думать.
Приехав
в Петербург, Вронский с Анной остановились
в одной из лучших гостиниц. Вронский отдельно,
в нижнем этаже, Анна наверху с ребенком, кормилицей и девушкой,
в большом
отделении, состоящем из четырех комнат.
И он весело и забавно рассказал, как он, не спав всю ночь,
в полушубке ворвался
в отделение Алексея Александровича.
Пять, шесть раз он посетил уголовное
отделение окружного суда. До этого он никогда еще не был
в суде, и хотя редко бывал
в церкви, но зал суда вызвал
в нем впечатление отдаленного сходства именно с церковью; стол судей — алтарь, портрет царя — запрестольный образ, места присяжных и скамья подсудимых — клироса.
В соседних
отделениях все встали, молча глядя через спинки диванов, ожидая скандала.
В соседнем
отделении голоса звучали все громче, торопливее, точно желая попасть
в ритм лязгу и грохоту поезда. Самгина заинтересовал остроносый: желтоватое лицо покрыто мелкими морщинами, точно сеткой тонких ниток, — очень подвижное лицо, то — желчное и насмешливое, то — угрюмое. Рот — кривой, сухие губы приоткрыты справа, точно
в них торчит невидимая папироса. Из костлявых глазниц, из-под темных бровей нелюдимо поблескивают синеватые глаза.
В отделение, где сидел Самгин, тяжело втиснулся большой человек с тяжелым, черным чемоданом
в одной руке, связкой книг
в другой и двумя связками на груди,
в ремнях, перекинутых за шею. Покрякивая, он взвалил чемодан на сетку, положил туда же и две связки, а третья рассыпалась, и две книги
в переплетах упали на колени маленького заики.
— Очень хорошо. Ты займись им. Можно использовать более широко. Ты не пробовал уговорить его пойти на службу
в охранное
отделение? Я бы на твоем месте попробовала.
«Семейные бани И. И. Домогайлова сообщают, что
в дворянском
отделении устроен для мужчин душ профессора Шарко, а для дам ароматические ванны», — читал он, когда
в дверь постучали и на его крик: «Войдите!» вошел курчавый ученик Маракуева — Дунаев. Он никогда не бывал у Клима, и Самгин встретил его удивленно, поправляя очки. Дунаев, как всегда, улыбался, мелкие колечки густейшей бороды его шевелились, а нос как-то странно углубился
в усы, и шагал Дунаев так, точно он ожидал, что может провалиться сквозь пол.
— Добротный парень, — похвалил его дядя Миша, а у Самгина осталось впечатление, что Гусаров только что приехал откуда-то издалека, по важному делу, может быть, венчаться с любимой девушкой или ловить убежавшую жену, — приехал, зашел
в отделение, где хранят багаж, бросил его и помчался к своему счастью или к драме своей.
— Все мои сочлены по Союзу — на фронте, а я, по силе обязанностей управляющего местным
отделением Русско-Азиатского банка, отлучаться из города не могу, да к тому же и здоровье не позволяет. Эти беженцы сконцентрированы верст за сорок,
в пустых дачах, а оказалось, что дачи эти сняты «Красным Крестом» для раненых, и «Крест» требует, чтоб мы немедленно освободили дачи.
Эти новые мысли слагались очень легко и просто, как давно уже прочувствованные. Соблазнительно легко. Но мешал думать гул голосов вокруг. За спиной Самгина,
в соседнем
отделении, уже началась дорожная беседа, говорило несколько голосов одновременно, — и каждый как бы старался прервать ехидно сладкий, взвизгивающий голосок, который быстро произносил вятским говорком...
Он сел, открыл на коленях у себя небольшой ручной чемодан, очень изящный, с уголками оксидированного серебра.
В нем — несессер,
в сумке верхней его крышки — дорогой портфель,
в портфеле какие-то бумаги, а
в одном из его
отделений девять сторублевок, он сунул сторублевки во внутренний карман пиджака, а на их место положил 73 рубля. Все это он делал машинально, не оценивая: нужно или не нужно делать так? Делал и думал...
В охранное
отделение его не вызывали больше месяца, и это несколько нервировало, но лишь тогда, когда он вспоминал, что должен будет снова встретиться с полковником Васильевьм.
«Человеку с таким лицом следовало бы молчать», — решил Самгин. Но человек этот не умел или не хотел молчать. Он непрощенно и вызывающе откликался на все речи
в шумном вагоне. Его бесцветный, суховатый голос, ехидно сладенький голосок
в соседнем
отделении и бас побеждали все другие голоса. Кто-то
в коридоре сказал...
Весь день на крейсере царило некое полупраздничное остолбенение; настроение было неслужебное, сбитое — под знаком любви, о которой говорили везде — от салона до машинного трюма; а часовой минного
отделения спросил проходящего матроса: «Том, как ты женился?» — «Я поймал ее за юбку, когда она хотела выскочить от меня
в окно», — сказал Том и гордо закрутил ус.
В последней комнате, перед выходом, за бюро сидел альфорадор, заведывающий одним из
отделений.
В других комнатах одни старухи скатывали сигары, другие обрезывали их, третьи взвешивали, считали и т. д. Мы не ходили по всем
отделениям: довольно и этого образчика.
Утром рано стучится ко мне
в каюту И. И. Бутаков и просовывает
в полуотворенную дверь руку с каким-то темно-красным фруктом, видом и величиной похожим на небольшое яблоко. «Попробуйте», — говорит. Я разрезал плод: под красною мякотью скрывалась белая, кисло-сладкая сердцевина, состоящая из нескольких
отделений с крупным зерном
в каждом из них.
В таком положении были дела, когда мужественных страдальцев повели к раскату. На улице их встретила предводимая Клемантинкою толпа, посреди которой недреманным оком [«Недреманное око», или «недремлющее око» —
в дан — ном случае подразумевается жандармское
отделение.] бодрствовал неустрашимый штаб-офицер. Пленников немедленно освободили.
Мало того, начались убийства, и на самом городском выгоне поднято было туловище неизвестного человека,
в котором, по фалдочкам, хотя и признали лейб-кампанца, но ни капитан-исправник, ни прочие члены временного
отделения, как ни бились, не могли отыскать отделенной от туловища головы.
«Что же, будешь это проводить
в отделении критики?» — спрашиваю.
— Ракитин знает. Много знает Ракитин, черт его дери!
В монахи не пойдет.
В Петербург собирается. Там, говорит,
в отделение критики, но с благородством направления. Что ж, может пользу принесть и карьеру устроить. Ух, карьеру они мастера! Черт с эфикой! Я-то пропал, Алексей, я-то, Божий ты человек! Я тебя больше всех люблю. Сотрясается у меня сердце на тебя, вот что. Какой там был Карл Бернар?
На второй день после решения суда он заболел нервною лихорадкой и был отправлен
в городскую нашу больницу,
в арестантское
отделение.
— Признаюсь, меня подбивали, но я отверг. Это, разумеется, между нами, Карамазов, слышите, никому ни слова. Это я вам только. Я совсем не желаю попасть
в лапки Третьего
отделения и брать уроки у Цепного моста...
Ну и выбрали козла отпущения, заставили писать
в отделении критики, и получилась жизнь.
Изволил выразить мысль, что если я-де не соглашусь на карьеру архимандрита
в весьма недалеком будущем и не решусь постричься, то непременно уеду
в Петербург и примкну к толстому журналу, непременно к
отделению критики, буду писать лет десяток и
в конце концов переведу журнал на себя.
Больше всего народа было около залы гражданского
отделения,
в которой шло то дело, о котором говорил представительный господин присяжным, охотник до судейских дел.
Неудовлетворенность эта, вследствие столкновений с очень мелочным и тщеславным ближайшим начальником, так усилилась, что он вышел из второго
отделения и перешел
в Сенат.
Служение это он не представлял себе иначе, как
в форме государственной службы, и потому, как только кончил курс, он систематически рассмотрел все деятельности, которым он мог посвятить свои силы, и решил что он будет полезнее всего во втором
отделении Собственной Канцелярии, заведующей составлением законов, и поступил туда.
С замиранием сердца и ужасом перед мыслью о том,
в каком состоянии он нынче найдет Маслову, и той тайной, которая была для него и
в ней и
в том соединении людей, которое было
в остроге, позвонил Нехлюдов у главного входа и у вышедшего к нему надзирателя спросил про Маслову. Надзиратель справился и сказал, что она
в больнице. Нехлюдов пошел
в больницу, Добродушный старичок, больничный сторож, тотчас же впустил его и, узнав, кого ему нужно было видеть, направил
в детское
отделение.
Господин этот говорил о процессе, который шел теперь
в гражданском
отделении, как о хорошо знакомом ему деле, называя судей и знаменитых адвокатов по имени и отчеству.
«188* года апреля 28 дня, по указу Его Императорского Величества, Окружный Суд, по уголовному
отделению,
в силу решения г-д присяжных заседателей, на основании 3 пункта статьи 771, 3 пункта статьи 776 и статьи 777 Устава уголовного судопроизводства, определил: крестьянина Симона Картинкина, 33 лет, и мещанку Екатерину Маслову, 27 лет, лишив всех прав состояния, сослать
в каторжные работы: Картинкина на 8 лет, а Маслову на 4 года, с последствиями для обоих по 28 статье Уложения.
И вот, на основании этого предписания, 28-го апреля
в темный вонючий коридор женского
отделения,
в 8 часов утра, вошел старший надзиратель.
Но Нехлюдов, поглощенный своими мыслями, не обратил внимания на это и продолжал итти туда, куда шло больше посетителей, т. е.
в мужское
отделение, а не
в женское, куда ему нужно было.